— После Молодёжной лиги тебе пришлось пройти ускоренный курс «молодого бойца» в Высшей лиге «А». И после этого что-то страшное было для тебя в Суперлиге, может, какие-то необычные ощущения? Коленки дрожали?
— Нет, коленки не дрожали. Естественно, новые ощущения были — уровень в Суперлиге совсем другой. Играть против мастеров спорта, против олимпийских чемпионов — это иная ответственность. Скорее, хотел себя зарекомендовать с лучшей стороны, не хотел ударить в грязь лицом. И когда выпустили, честно говоря, никакого мандража не было.
— Когда ты пришел играть в МГТУ, какой с тебя там был спрос?
— Нам сказали: вот, тренируйтесь, старайтесь, и может быть, к концу сезона получите немного игрового времени.
— К какому туру ты прочно встал в состав?
— Точно не скажу, по-моему, к третьему или четвёртому.
— Что чувствовал, когда твои товарищи по чемпионской молодежке играли в Суперлиге, а ты — в Вышке «А»?
— Если ты спрашиваешь, завидовал ли я, то нет. Мне хотелось, конечно, тоже, но здраво оценивал собственные возможности и понимал: я пока не готов. А стоять на замене мне не хотелось ни тогда, ни сейчас.
— То есть после сезона в МГТУ ты уже рассчитывал на место в составе «ФАКЕЛА»?
— Я рассчитывал побороться и доказать, что место в стартовой шестерке — мое. Пока получается, хоть и с перебоями, но я стараюсь, правда.
— Самооценка повышается?
— Нет, все по-старому.
— Волейбол в жизни Вани Яковлева как появился?
— Волейбол в жизни Вани Яковлева появился… спонтанно. Пришел тренер в школу...
— Такая необычная история...
— (смеется). Да, уникальная. Изначально-то я вообще занимался футболом, как половина питерских мальчишек.
— Неужели в школе «Зенита»?
— Бинго! Но ездить нужно было далеко, родители возить не могли — работали, бабушки тоже еще работали. Решили, что надо завязывать. Ну и, честно сказать, мне не очень нравилось играть в футбол. В школе начал ходить на тхэквондо. Все ходили и я ходил. Мне нравилось, а потом мне сломали палец, и нравиться мне стало меньше (смеется). Что-то я там выигрывал на соревнованиях детских, честно говоря, уже не помню. Но ходил скорее для галочки, чем с реальным удовольствием. И еще на баскетбол ходил до третьего класса. Однажды пришел к нам в школу волейбольный человек, зашел в класс, увидел меня и говорит: «Пойдем-выйдем» (улыбается). Сказал, что он волейбольный тренер, дал свою визитку и попросил родителей позвонить ему. Они позвонили, и вот так я начал заниматься волейболом. Правда, первые года три занимался со старшим возрастом.
— А почему?
— А не знаю. Занимался и занимался, даже в лагеря летние ездил с 1993, а потом с 1994 годами рождения. А потом уже меня увидел тренер 1995 года и сказал: «Иди к нам, что ты с лосями этими бегаешь?». Тренера этого зовут Михаил Иванович Дмитриев — и именно его я считаю своим первым наставником. До этого — ну, бегает и бегает со всеми, ну, ручки поставь вот так, мячик побросай, на тумбочки попрыгай.
— А ты с детства был высоким?
— Да, всегда самым высоким был и в садике, и в школе, и в секциях.
— Есть в кого?
— У меня папа высокий.
— Насколько я помню, твой папа занимался прыжками на лыжах с трамплина. Не возникало желания пойти по его стопам?
— Нет, меня никогда не привлекал этот вид спорта, и вообще я высоты боюсь, летать боюсь… попробовал один спорт, другой, третий, а в волейбол с первого раза влюбился — с тех пор мне ничего не было нужно, только зал и волейбольный мяч. Мама этим пользовалась (улыбается).
— В плане уроков?
— Да. Пока уроки не сделаешь, на тренировку не пойдешь. Слезы, крики...
— И сразу стих на пятерку, математика до конца учебника пройдена?
— Ну, чуть-чуть не так. Когда я научился пользоваться интернетом, стал делать уроки гораздо более оперативно...
— Но по-русскому у тебя точно пятерка была. Пишешь грамотно, не раз отмечала.
— Этого не отнять, ЕГЭ на 82 балла сдал (смеется).
— Природная грамотность?
— Мамины подзатыльники в детстве — лучшая вещь! (смеется).
— А книжки не любил читать?
— Ну не то чтобы любил… но читал.
— Вернемся к волейболу. Татьяна Васильевна Образцова, известный детский тренер, какую лепту внесла в твое становление как волейболиста?
— Она меня нашла в калининской спортшколе, подошла после одной из игр. Рассказала про интернат, дубль «Автомобилиста», предложила попробовать. Я сразу был «за». Папа согласился, мама была против, потом пришлось ей смириться, конечно. Я поехал туда сначала на пару дней, потом остался насовсем.
На самом деле Татьяна Васильевна Образцова внесла серьезный вклад в мое становление как спортсмена. Во-первых, я пришел к ней непрыгающим — больше имитировал прыжок, чем прыгал. При этом в городе по своему возрасту был самым высоким. Она начала со мной заниматься, в том числе и индивидуально: подняла прыжок, поставила технику...
Волейбольного зала в нашем интернате, кстати, не было. Мы жили с велосипидестами-трековиками и маунтинбайкерами — и у нас был один маленький зал на двоих с ними. В этом зале с потолками на высоте метров 5-6 от силы нам сделали площадку — примерно 8х8, сетку натянули, мы там тренировались по вечерам и после школы. И я помню, как она меня гоняла по стенам этого зала: на корточках, нижнюю передачу в стенку долбить — пока все четыре стены не пройду, не закончу.
— Внушительно так.
— Это из того, что больше всего в память врезалось. Еще, когда я только пришел, она мне говорит: давай, сделай пять передач снизу. Как надо мной тогда все смеялись… Я не мог на одном месте стоять: подбивал и гонял по всему залу за мячом. Так что за технику и за многое другое я очень благодарен Татьяне Васильевне. Она научила меня падать.
— Ты падал как мешок?
— Да как угодно падал: на коленки, в основном. На две, потом на одну… Нам в «Авто» платили чисто символическую зарплату и она сказала: пока не научитесь падать, деньги получать не будете. И как-то все научились, а я нет. Приехал к Татьяне Васильевне ее друг, тоже тренер и говорит мне между делом: «Пойдем, я тебя научу правильно падения делать». Постелил мат, говорит — падай на него. Да, на мат здорово получалось! Он убрал, говорит — упади. Снова-здорово, снова коленки. В итоге он говорит — нужно перебороть себя, вот упражнение «кошечка», учись.
Проходит пара месяцев — денег нет, падать не умею. Ходил по вечерам в этот зал, падал на маты, падал на паркет, делал эту «кошечку»… Подхожу к Татьяне Васильевне, говорю — принимайте мои падения. Поедем в Академию Платонова завтра, там будешь сдаваться. А я-то научился падать только на две руки. И вот падаю на две руки, все хорошо — а теперь на одну руку, говорит Татьяна Васильевна. Ну… голь на выдумки хитра: там тарафлекс… Одел кофту, она же скользит, сдал. Потом уже без кофты стало получаться (смеется). Подводя итог, еще раз отмечу, что Татьяна Васильевна Образцова внесла основной вклад в мое становление как в мааааааленького, на тот момент, игрока.
— А в «ФАКЕЛ» как попал?
— Началось все с шутки, как мне казалось. Подошли представители «ФАКЕЛА» на чемпионате России по 1995 году и говорят: где ты ходишь, мы тебя уже полгода к себе зовем! Я думал, что это шутка, если честно — не слышал, чтобы меня приглашали в команду из Нового Уренгоя. Проходит еще полгода, в «Автомобилисте» не платили ничего, и моим родителям позвонил Евгений Лебедев, который на тот момент работал в молодежной команде «ФАКЕЛА» статистиком. Пригласил на сборы в Анапу — на три дня. Понравится — останетесь, не понравится — уедете.
— Приехал и понравилось, и остался?
— Да, причем остался сразу, назад не стал возвращаться. Просто не отпустили (смеется), а вещи, сказали, как-нибудь Лебедев привезет. А первое время ходил в том, что захватил с собой на три дня.
— Самые яркие твои впечатления в жизни?
— Победа в Молодежной лиге в Новом Уренгое. Огромный экран на белой стене в темном зале, толпа народу — ты же знаешь, как много людей ходило на Молодежную лигу в Новом Уренгое. Пьедестал, кубок, медали, салют из золотых блестяшек. Пока тех впечатлений не перебили никакие другие.
— Неужели даже победы в Суперлиге или еврокубковых матчах?
— Пока нет. Верю, что все впереди.
— Вань, мы так много о волейболе все время говорим. А что есть вне его?
— Есть моя девушка Настя, с которой я провожу все свое свободное время.
— Настя ведь тоже волейболистка. Больше того, она блокирующая...
— Да… Но мы стараемся не говорить об игре, волейбола и так много в нашей жизни. Мы, например, очень любим кино. И в кинотеатр, и просто так дома фильм вечером посмотреть. Времени, правда, не очень хватает...